|
Современный Орехово-Зуевский район включает в себя части территорий трёх царских губерний: Московской, Владимирской и Рязанской. Как следствие, существующие или существовавшие на его территории храмы подчинялись трём соответствующим Духовным Консисториям. Это обстоятельство наложило определенный отпечаток и на данное обзорное исследование, ввиду того что наиболее доступным для изучения явился фонд Московской Духовной Консистории, находящийся на хранении в Центральном Историческом Архиве Москвы (далее МИАМ). Открытые и исследованные автором документы позволяют обрисовать следующую картину церковной жизни части Орехово-Зуевского района во второй половине XIX – начале XX вв.
 Центр нашего благочиния в 1860-х-1870гг. располагался в Павловском Посаде, и его главой был протоиерей Сергий Цветков, служивший в Воскресенской Церкви. Отец Сергий был известен своим радением о вверенном ему благочинии. Многие метрические книги, доклады и прошения хранят его автограф, и именно ему все мы обязаны возведением красавца Богородицерождественского Зуевского собора, о возведении которого он ходатайствовал перед своим непосредственным главой – «Его Преосвященством. Преосвященнейшим Игнатием, епископом Можайским, Викарием Московским и разных орденов Кавалером». (МИАМ, ф203. оп. 446,д.14,л136).
Другой такой яркой личностью, изрядно способствовавшей делу храмоздательства на нашей земле, был игумен Спасо-Преображенского Гуслицкого монастыря Парфений. Он был и основателем обители, и знатоком древнерусского искусства, и ходатаем о возведении новых храмов. Свидетельство его трудов – письмо епископу Игнатию: «Строитель церкви,… бывши у меня от лица всего общества объявил мне свою скорбь, что все наши труды остались тщетными, хотя и план…готов…утвержден, место готово, материалу много заготовлено и деньги есть; но Духовная Консистория задерживает дело.… Все …. находятся в скорби и просят меня, чтобы беспременно…… бывал и утешал скорбящих; я все пренебрег, как-то: старость свою и 30-верстную грязную по ступицу дорогу.… Уже меня дожидались, встретили с восторгом, все кланяются в ноги и просят защиты…» (МИАМ, ф.203, оп.446,д.14, Л. 61-об.)
Действительно, создать храм было нелегко, и отнюдь не из-за материальных трудностей. Как известно, Церковь в годы Императорского правления, а особенно при Николае Первом, была связана буквально по рукам и ногам неисчислимым множеством гражданских ведомств.
Ярким примером подобной канцелярской волокиты является «Дело о построении двух каменных храмов в деревнях Зуево и Дубровка». Чтобы дело тронулось с мёртвой точки, пришлось потрудиться следующим лицам: епископу Можайскому Игнатию, храмоздателю купцу Иову Захарову, сельскому старосте Денисову, благочинному отцу Сергию Цветкову, неизвестному почётному смотрителю первого московского уездного училища, чиновникам стройотдела Московского губернского правления, статскому советнику Рюмину, его вдове, некоему бурмистру, господину Ильину, деятелям госимущества, благочинному Василию Розанову, инспектору протоиерею Тихону Колычеву.… В итоге дело дошло самого Александра Второго, чей указ, наконец, разрешил все вопросы. Вот что пишет о. Сергий Цветков по поводу оного такого казуса: «Г-н. Рюмин вручил план, по которому на следующее лето был прислан землемер, церковная земля обставлена была межевыми признаками; а другое лето Губернский землемер прислал землемера, который с депутатом духовной стороны уничтожил межевые столбы…. Священник обратился с просьбой к губернскому землемеру опять утвердить землю законными признаками – губернский землемер вытребовал указ и обещался сделать, а в последствии времени отказал и прислал копию указа обратно, а план переслал в губернское правление, а Губернское Правление отослало во 2-й департамент Московского Уездного Суда где его… не оказалось. Священник с просьбой обратился к г-ну Начальнику Губернии, который отослал к Губернскому Прокурору, Прокурор до сего времени ничего не сделал и ничего не отвечает, и бедный священник из своих доходов тратил на гербовую бумагу ….». (МИАМ, ф.203, оп.446,д.14, Л. 54).
 Трудно представить, что эта волокита тянулась в одном из наиболее бурно развивающихся фабричных районов с массовым притоком пришлого населения. Игумен Парфений с возмущением писал: «Морозовские фабрики подобны столичному городу, на которых проживает около 25 000 человек фабричных… вечно над Зуевым стоит облако дыма от паровых машин, то можно ли такому месту отказать в постройке церкви – тут пять церквей можно выстроить, и все будут полны». (МИАМ, ф.203, оп.446,д.14, Л. 62-об, 63).
Что же заменяет фабричному люду церковь? Ответ содержится в прошении епископу Игнатию, «Богородского уезда деревни Зуевой собственника и временно Московского 2 гильдии купца Иова Васильева Захарова»: «В праздничные и воскресные дни по неудобности хождения к службе в приходский деревянный храм фабричный народ остается без службы церковной и волею и неволею влекутся в питейные трактирные заведения или ходят молиться в ближайшее село Орехово Владимирской епархии» (МИАМ, ф.203, оп.446,д.14, Л. 3).
 Так создавались на Орехово-Зуевской земле храмы. С приростом населения увеличивалось количество приходов. К примеру, в 1820-х гг. деревни Зуево и Дубровка входили в приход Богородицерождественский церкви, что у речки Вырки, как можно судить по её метрическим книгам тех лет (МИАМ, ф.2127, оп.1, дд.178 и 179). А к концу XIX века обе они уже обзавелись собственными трехпрестольными каменными храмами. Временно новыми приходами использовались старые деревянные церкви, приобретённые у имевших уже каменные храмы более удачливых соседей. По окончании же строительства деревянный храм в очередной раз перепродавался. Своеобразный рекорд в этом отношении поставила старая Богородицерождественская церковь, что у речки Вырки. Построенная в 1702 году, она действовала на Вырке до средины XIX века. По построении каменной церкви, деревянная была в 1850 году продана в Дубровку, где была освящена как Крестовоздвиженская. Но на этом дело не закончилось. По отсутствии надобности старый храм был в очередной раз перепродан 1890 г. в д. Кабаново, где пережив пожар и обкладку кирпичом, он стоит до сих пор, как церковь Великомученика Никиты.
Другой мерой для увеличения числа прихожан явилось расширение храмов: взяв для разнообразия данные Владимирской Духовной Консистории, мы увидим, что снесённый в 1972 г. Богородицерождественский храм с. Орехово расширялся даже три раза: в 1872-1874, в 1881-1886, и в 1894-1892гг.
 Тот же вид работ производился, к примеру, и в храме Святой Троицы, более известном, как Параскевинская церковь, что у речки Березовки. Только в отличие от ореховского храма, там расширение имело место, только один раз. Храм считался одним из самых величественных в благочинии. Его строительство по проекту архитектора Борисова было завершено в 1849 г. Колокольня была пристроена 40 лет спустя. Впрочем, у этого храма печальная участь… От него остались одни руины. Ещё цела алтарная часть, куда иереи Василий Архангельский и Михаил Воронцов заносили крещёных младенцев мужского пола, цел купол, в еле видной фреске еще можно опознать Св. князя Владимира, стоит колокольня… Но степень утрат такова, что при всём желании говорить о возможности восстановления чрезвычайно сложно. Большая часть храма разобрана народом на кирпичи в 1950-60-х годах. Многое изменилось в России, и за короткое время произошёл переворот: деды приговаривают построить храм, внуки разбирают Дом Божий на кирпичи для дач и гаражей.
События 1917-х и последующих годов развели по разные стороны и священников Троицкого храма. Отец Михаил подался в «обновленцы», отец Василий был расстрелян 1937 году. Храм был разрушен при Хрущёве. Вообще, в мартирологе храмов Орехово-Зуевского района отметился каждый так называемый «вождь». Агония монашеской жизни в Гуслицком монастыре началась при Ленине и завершилась в 1927 г. Воскресенский храм в с. Ильинский погост разорён в 1925 г. Богородицерождественский ореховский храм закрыт в 1930-хгг. Снесен 1972-м при Брежневе. В 1950-х годах разорён Троицкий храм в Хотеичах, Дубровский Крестовоздвиженский – в 1925, Богородицерождественский в с. Гора – 1930-х, как и храм Великомученика Никиты в Дровосеках. 1938-й стал роковым годом для Войновского Успенского храма… Этот скорбный список можно бы и продолжить, но пока завершу Васютинским храмом Покрова Божией Матери в 1986г., уже при Горбачеве.
 В последнее время многие выше перечисленные храмы ожили, кроме снесенных или крайне разрушенных. Чудом последнего времени можно считать возрождение в Ликино-Дулево великолепного храма св. Иоанна Богослова: от его сооружения в 1917 г. до освящения в 1991 г. прошла целая человеческая жизнь. Другим чудом должно стать восстановление знаменитого ореховского Богородицерождественского «Белого храма» на месте привокзальной автостоянки. Вряд ли в данный момент, возможно, возродить ореховский храм во всем его былом величии и великолепии, но, быть может, и в этом есть неумолимая логика – чтобы память не была слишком забывчивой…
Е.В. Старшов, историк-краевед, пресс-секретарь благочиния.
|
